Aug. 29th, 2025

transurfer: (Default)
Перед следующей сессией Вы заранее предупредили меня, что на вашем этаже будут проходить съёмки фильма, и в здании будет много людей и шума.

Толпа набилась настолько плотная, что пришлось буквально прокладывать себе дорогу локтями. Один из зевак решил, что я так активно протискиваюсь между людьми, потому что, как и он, пришла поглазеть на знаменитостей, и радостно сообщил:
— Гляди, там Клинт Иствуд!
— А я на терапию опаздываю, — буркнула я в ответ.
Надо было видеть его лицо.

Хорошо, что столпотворение происходило в противоположном крыле, а в вашем закутке — никого и тишина.

На том сеансе целевой установкой для ЕМДР стало: «Ничего хорошего мне не положено».

Попытки добраться до ключевых событий, которые лежали в её основе, успехом не увенчались. Был момент, когда я почувствовала, что вот-вот смогу освободиться, у меня даже слёзы покатились, но тут же пробрал ужас, что случится что-то страшное. Сразу после этого пришла злость, а потом и отчаяние: «Ничего мне не помогает, я брак производства». На этом процесс застопорился.

Вы сказали, что это похоже на активацию внутренней защиты, которая считает, что менять целевое убеждение небезопасно. И что нам не стоит идти напролом, а разобраться с этой защитой. Вы добавили, что ЕМДР «чинит» только то, что уже готово к переменам. Если возникает затор, ЕМДР надо отложить и сперва распутать этот комок сопротивления.

— Эта установка упрямая, потому что она — правда, — вздохнула я. — Жизнь всё время подтверждает это: я не получаю то, что хочу. И нет никаких оснований думать, что это когда-то изменится.
— С получением как раз проблем нет, — ответили вы. — Вы получаете то, что хотите. Но дальше вы не можете это удержать, и поэтому кажется, что у вас отнимают или наказывают за обладание.

Я-то?! Получаю то, что хочу?! Ваши слова настолько не соответствовали моему восприятию, что прошли по касательной.

Пока я пыталась переварить услышанное и безуспешно вставить его в мозаику своей картины мира, в закуток, где находился ваш офис, зашёл человек. Он встал прямо за вашей закрытой дверью и громко заговорил по телефону. Вы, ещё секунду назад мягкая и тёплая, метнулись к двери кошкой, резко открыли её и что-то строго сказали нарушителю тишины. Его тут же сдуло. Вы вернулись в кресло, и снова передо мной была моя бережная, безопасная терапевт.

Этот момент меня поразил. Восхитила ваша способность легко переходить из одного состояния в другое, нигде не застревая.

Вы предложили не строить предположений о будущем, а сосредоточиться на текущем моменте. Спросили:
— Что бы вы хотели, чтобы я сделала для вас прямо сейчас?

Я растерялась. Посмотрела на Вас, обвела глазами ваш офис.
— Ну… дайте стакан воды, пожалуйста.

Вы налили его из одной из своих красивых бутылок с питьевой водой и передали мне:
— Пейте медленно, с толком и расстановкой, следите за всеми ощущениями.

Я так разволновалась, что перестала чувствовать тело. Стакан в руке — да, прохлада воды в горле — да, но чувства и эмоции будто отрезало. Расстроилась: такой особенный момент, его бы прожить каждой клеточкой, а я не могу, хоть убей.

Вы попросили закрыть глаза и отследить реакцию на ваши слова: «Ты можешь получить то, что хочешь».

Сначала — ничего, ступор. Потом на задворках психики кто-то шепнул с надеждой: «Правда?..» И сразу после этого тело охватила паника: заколотилось сердце, перехватило дыхание. Обладание чем-то желаемым оказалось невыносимым. С ним приходило столько тревоги и ужаса, что казалось невозможным выдержать это и не свихнуться.

И тут же вспомнились моменты в жизни, когда, таки да, я действительно получала желаемое, но тут же спешила всё испортить. Лучше сразу потерять, чем жить в ежеминутном ожидании, что жизнь обрушится на тебя за полученное.

Вы дали мне домашнюю работу — ряд вопросов для самоисследования:
1. Как я замечаю нужду в чем-то?
2. Как я понимаю, что именно мне нужно?
3. Как я прошу или не прошу кого-то дать мне нужное?
4. Каков опыт, когда я нужное получила и какой, когда нет?
5. Как я замечаю или не замечаю, что из нужного уже есть в моей жизни?
6. Как ощущается, когда я отвергаю нужное сразу или позже?
7. Что происходит после того, как я принимаю или не принимаю нужное от кого-то?
transurfer: (Default)
При попытке сделать домашнее задание я застряла уже на первом вопросе. Мысли рассыпались, в груди комом повисла тёмная, вязкая тоска. Вы говорили, что печаль после ЕМДР — это нормально, это показатель того, что работа продолжается, что идёт внутренний процесс. Он длится около двух недель: к концу второй недели внутри что-то может сдвинуться.

Но то была не печаль, а тоскливая, мутная злость.
Я не хочу «нейтрализовать» прошлое, чтобы оно не влияло на настоящее. Я хочу прошлое переписать!
Я не хочу осваивать способы совладания с триггерами. Я хочу жизнь, в которой никогда не было травмы!
Я не хочу учиться поддерживать себя в ситуациях, когда меня бросили. Я хочу, чтобы меня больше никогда не бросали!
Я хочу, чтобы те, кто был мне необходим и не любил меня, изменились и полюбили меня!
Чтобы те, кто не умел любить, научились — и полюбили!
Только это восстановит целостность моего мира и вернёт мне чувство, что я важна и меня можно любить. А не все эти терапевтические штампы — принять, адаптироваться, «найти опоры в текущем моменте» и прочие способы хавать не то, что нужно, а то, что дают.
Не надо запихивать меня в жизнь, которой я не хочу жить!

Захотелось бросить терапию — она всё равно не работает. Я в ней уже два с половиной года, а лучше мне не становится. Меня это бесит. Мне хочется выть. Идея идти в терапию была ошибкой. Она не может помочь таким, как я, — тем, кто не хочет заземляться, дышать, разговаривать со своими частями и искать «доступные сейчас формы удовлетворения потребностей».
Я не хочу выискивать, что есть здесь и сейчас.
Я хочу туда, где Дом. Где всё хорошо. Где меня не бросили. И я не хочу соглашаться ни на что меньшее.
Если бы не терапия, я бы никогда не решилась выползти из своего тёмного угла, где лежала обездвиженная и обессиленная. Она дала надежду на другой мир и другую жизнь. Но всё закончилось, как и раньше, как уже бывало много раз, очередной катастрофой.
Пусть терапевты говорят что угодно, но в фантазиях жить легче. Там хотя бы, пусть даже только в воображении, можно прикоснуться к своим мечтам и побыть в иллюзии, что они могут сбыться. Это хотя бы что-то, какое-то утешение.
А в этом реальном, физическом мире, который вы так навязываете, ни на секунду не дают забыть, что тебе ничего не положено, и ты сама по себе ошибка. Реальность тычет этим в лицо каждый день.

Летом я наконец поняла, чего на самом деле хочу от жизни. Я смогла почувствовать это, пережить, подержать в руках, ощутить телом. И вместе с этим пришёл урок реального мира: тебе не положено.
Ад — это не страдания где-то в другом измерении. Ад — это раз за разом проживать, как у тебя грубо отбирают то, без чего ты не можешь жить, и при этом оставляют тебя в живых, чтобы ты знала об этом каждую минуту, каждый час, каждый день своей жизни.

Я в настолько разорванном состоянии, что едва могу функционировать, балансируя на грани. В плохие дни кажется, что я всё же не выдержу и сделаю с собой что-то страшное. А потом приходит понимание, что страшное — это продолжать жить.

Я не хочу быть сильной. Я не хочу, чтобы Вы вечно напоминали мне о моих «взрослых ресурсах».
Я хочу быть маленькой. Я хочу, чтобы рядом был кто-то большой, кто бы держал, не бросал, не требовал, не заставлял быть сильной. Я хочу опираться, а не стоять на своих ногах в одиночестве. Я не хочу продолжать умирать от ужаса в этом кошмарном мире — одна.

Мама… Зачем ты насильно вынудила меня прийти в мир, где я никому не нужна? О чём ты думала?

Если бы я чувствовала себя по-настоящему любимой и желанной с самого начала, у меня были бы силы жить. Я выходила бы в мир не с чёрной дырой в груди, а с теплом и внутренней защищённостью. Я бы столько всего добилась вместо трёх десятков лет беготни по лабиринту.

Мне страшно, что я превращусь в одного из тех сломленных людей, которыми полон этот мир. Все они тоже когда-то искали, пытались, надеялись, а потом, в сорок, истощённые, сдались. Похоронили в себе ту часть, которая по-детски верила, и превратились в копии своих родителей — злых, холодных, обиженных. И уже в свою очередь ищут, кого можно сломать, чью надежду растоптать, чтобы на короткий миг получить облегчение от волчьей тоски внутри.

Через два дня после сеанса мне снова приснился тот самый блондин, который в прошлом сне остервенело строил космический корабль из чего попало. В новом сне он выглядел чистым, причёсанным, спокойным, уверенным в себе. Его глаза сияли. На нём был красивый, высокотехнологичный космический костюм, как из фильмов, а за спиной стоял мощный, блестящий звездолёт.
Завидев меня, блондин радостно помахал рукой, приглашая с собой.
Я сделала шаг ему навстречу, но тут же остро почувствовала, какая я толстая, некрасивая и немолодая. Мне не положены ни такие блондины, ни звёздные путешествия с ними.
Сгорая от стыда, я отступила назад и скрылась в темноте.
А он улетел.
Я проснулась от острой грусти за себя и тихой радости за него. Он смог. Он всё же улетел.
Пусть у него всё получится.
transurfer: (Default)
На терапию идти отчаянно не хотелось. Мне до смерти надоело падать, вставать и снова ползти вперёд. Моя способность не сдаваться — это не стойкость, а проклятие. Если бы не она, я бы никогда не родилась. И это было бы к лучшему.

Но я встала. И пошла. На очередной сеанс.

Я не говорила Вам, что разуверилась в терапии. Вместо этого поделилась, как скучаю по первым шести месяцам, когда из небытия воскресло столько надежды. А сейчас — чувство, будто я шла-шла, даже какое-то время в верном направлении, а потом случилось лето прошлого года. Оно вынудило меня «выйти не в ту дверь». И теперь я в полном тупике, где на глухой стене, как в том фильме, — кровь, царапины и обломки ногтей. Но больше, чем застрять в нем навсегда, я теперь боюсь снова ошибиться дверью.

Вы задумчиво посмотрели на меня, а потом пододвинули ко мне столик, достали с полки большую коробку с лего и поставили её передо мной.

— Что мне нужно с этим делать?
Вы чуть лукаво улыбнулись:
— Всё, что хочется.

Я провела по кусочкам лего рукой, разглядывая цвет и форму. Потом, без всяких мыслей, неспеша сложила из них замкнутую фигуру.
Вы спросили, что она изображает.
— Это лабиринт. Я внутри. Ищу единственный правильный выход. Бесконечно бегаю, ощупываю каждый кирпич, угол и выступ в поисках факта, воспоминания, события — того самого последнего кусочка головоломки, благодаря которому шкатулка Лемаршана наконец схлопнется, Ад прекратится и сенобиты исчезнут.
— А что произойдёт после этого?
— Моя Главная Мечта сбудется.

Вы указали на пространство за стенами лабиринта и спросили, что там находится. Я никогда об этом не думала. Бегать по лабиринту, выбиваться из сил, падать, ползти дальше из последних сил — это всё, что я знала. Я не могла представить себе жизнь за его границами. Хэппи-энд в моём «кино» выглядел как Та Самая Дверь, которую я наконец найду, распахну настежь, и меня зальёт яркое солнце. А дальше — всё. Плёнка в кинопроекторе заканчивается.

— Что ещё есть в вашей вселенной помимо лабиринта?
— Ничего. Есть только Главная Мечта. Путь к ней лежит через лабиринт. А кроме этого меня больше ничего не интересует.

Вы взяли из коробки горсть кусочков и с энтузиазмом выложили к лабиринту пристройку.

— И что там будет? — спросила я.
— Там буду я. Рядом с вами.

Я даже не нашла, что ответить. Моя картина мира не включала в себя, что кто-то добровольно захочет быть рядом со мной в этой истории. Даже в момент своего хэппи-энда я видела себя одной. В ответ на ваши слова внутри меня что-то ожило, зашевелилось и вспомнило, как дышать.

На прощание Вы сказали взять с собой столько лего, сколько захочу, чтобы продолжать свои исследования между сессиями. По дороге домой я заметила магазин с головоломками, экшен-игрушками и мини-фигурками, мимо которого проходила много раз, не обращая внимания. Возле кассы стояла большая бадья с маленькими фигурками со скидкой. Я копалась в ней полчаса, прислушиваясь к себе и подбирая фигурки по ощущениям. Тогда я ещё не решила, что буду с ними делать. Просто понравилось что-то раскладывать, передвигать и расставлять руками, а не только в голове и воображении, и захотелось дополнить коллекцию кусочков лего чем-то еще.
transurfer: (Default)
Как вы на этой неделе освобождали себя и свою жизнь от ненужного?

Profile

transurfer: (Default)
transurfer

January 2026

S M T W T F S
    1 2 3
4 56 7 8 910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jan. 10th, 2026 08:02 pm
Powered by Dreamwidth Studios