Все понимаю, но ничего не меняется
Mar. 10th, 2025 10:44 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
transurferПост из канала Анастасии Жичкиной:
На днях в чате канала мне дали ссылку на текст, в котором хорошо артикулирован взгляд на терапию "осознание лечит" и изумление, что, оказывается, не всегда: "клиент столько наосознавал, а внутренне никак не меняется". Когда клиент понимает себя лучше, чем когда-либо, горе оплакано, но как только новый триггер – все симптомы возвращаются, как будто терапия на них не влияет. И у терапевта есть ощущение, что терапия встала, несмотря на его старания – и есть соблазн напасть на клиента и назначить его виноватым за отсутствие прогресса.
Ну да.
В терапии наступает момент, когда я уже хорошо понимаю свои реакции и то, как они связаны с моим опытом, осознаю и переживаю всем собой, и много раз уже было сказано, что мать поступала не ок, отец поступал не ок – но есть одна проблема: раньше это продвигало, но сейчас почему-то - нет.
Потому что осознание и переживание - это необходимое, но не достаточное условие целостности.
Восстановление после травмы проходит три этапа (по Джудит Герман (https://t.me/cptsd_suitecase/105)): безопасность, реконструкция и оплакивание, восстановление связей. И когда получилось вспомнить и отгоревать опыт – приходит время собрать себя в целое. И это делается уже не осознанием и не переживанием – это делается конкретными действиями, направленными на восстановление связей.
Отличие от всего, что было раньше – эти действия нужно делать вне терапии, причем много раз. Приходит время самостоятельной упорной клиентской работы. Это время, когда начинает сбоить принцип "клиент должен ходить, платить и говорить - и больше он ничего не должен". Уже не подходит "не надо готовиться к сессиям, все важное происходит в моменте". Нет. Важное происходит тогда, когда человек сам создает важное.
На этой стадии, если человек хочет выбраться - играет роль количество подходов. Одного часа в неделю просто мало, нужно прилагать усилия между сессиями. Иначе на стадии "все осознаю, все симптомы на месте" можно застрять пожизненно - и правда есть много таких людей.
И вот этот момент усилия часто ассоциируется с насилием: я же хожу на терапию, чего я ещё должен? И как объяснить человеку, чтобы это было информированием, а не привычным упреком: так устроено восстановление после травмы, руку после перелома нужно разрабатывать каждый день, и это ты будешь делать сам? Как донести "встань и иди, ты можешь" и не уронить безвозвратно в стыд и ненужное противостояние?
У терапевта в этой ситуации есть своя правда: я знаю, что на этой стадии работает количество вложенных усилий, конкретные действия клиента и количество подходов. Я вижу, что клиент эти подходы не делает, и терапия идёт вхолостую.
И если терапевт об этом не говорит, это использование клиента - потому что время идёт, деньги за терапию платятся, но задача восстановления не решается. И ещё бы она решалась. Ни один спортивный тренер не будет врать, что у вас будет результат от одного занятия в неделю. Ни один человек, который преподает языки, не скажет, что, занимаясь всего один час в неделю, через год вы будете свободно владеть языком.
С восстановлением после травмы – то же самое.
Есть соблазн остановиться: "да, это моя болевая точка, я это уже не проработаю" – но ведь цель не в том, чтобы перестать реагировать на триггер в принципе, это не нужно, восстановление – не в том, чтобы перестать чувствовать. Ты так же испытываешь боль в ответ на триггер, но испытывая боль, не бьешь в ответ – ни в каком смысле не бьешь, вербально тоже, потому что тебе это уже не нужно - и остаёшься в контакте, потому что это соответствует твоим ценностям. И это действие, выбор. Вот и вся проработка.
Внутренний источник связи не даётся извне и не приходит сам. Он прокачивается - попытка за попыткой.
Одно занятие в неделю с тренером будет работать, если к нему добавить еще два самостоятельных. Одно занятие языком с преподавателем будет работать, если вы найдете где-то еще часы. И, например, терапии раз в две недели может хватить, потому что я и так все время думаю о своих частях и своем взаимодействии с людьми – и иду в это взаимодействие так, как мне кажется важным.
Мир - довольно всратое место, и триггеров в нем - вагон и маленькая тележка.
(настало время прописных истин)
Терапевт не будет тебя страховать на каждый триггер. Просто не сможет.
Придется самому (максимально триггерная фраза для людей с кПТСР – "это твоя работа" - я и так всю жизнь сам) - но это "сам" будет по-другому, чем тогда. Вообще по-другому.
Это - твой выбор. Твое решение. Твой выход.
И ты точно это сделаешь, просто потому, что больше некому, а тебе очень нужно это прямо сейчас.
Потерпев неудачу, ты скажешь себе: да, тут не вышло, но я здесь молодец и там молодец, а где не получается, я попробую ещё раз, и, может быть, у меня получится
Попав в больницу - много раз спросишь у себя, чего бы ты хотел - много раз выслушаешь ответ "уйти. сейчас. и быстро". Вздохнешь. Скажешь внутрь: вижу тебя. Слышу тебя. Ты хочешь уйти. Мы уйдем. Но не сейчас. Мы болеем. Мы пришли за помощью. Нам помогут. Хочешь есть? Хочешь пить? Хочешь в туалет? Если что, говори мне. Я буду тебя слушать и понимать. Я буду с тобой – и выйдя из больницы, ощутить, что не остался там, а спасся
В очередной раз ощутив, что тут тебе полностью нечем и незачем жить - вздохнешь и заорёшь внутрь: ты выживешь! Слышишь, ты выживешь!!! - а потом заплачешь - а потом у тебя откуда-то возьмутся силы
И ты выберешь доверять этому терапевту, хотя он не того пола, не того возраста, и вообще не то, о чем мечталось – или выберешь не доверять, потому что на это есть конкретные причины
Все это - ты сам
И ты сделаешь так много-много раз
Когда ты уже не ждёшь, что с тобой что-то произойдет, и это поможет - ты действуешь, потому что хорошо знаешь, что делать, а больше это сделать просто некому
И это и есть восстановление.
Мы бьемся, как мухи в стекло,
Мы попали в расколдованный круг;
Отчетливо пахнет плесенью.
Моя душа рвется на юг.
Сколько можно стоять в болоте,
Пугая друг друга волной?
Кто-то должен быть спеть эту песню,
И, похоже, что дело за мной
____________________________________________________
Я полностью согласна, что одним осознанием травма не лечится, и психику, как руку после перелома, нужно систематично - нудно, скучно, ежедневно - разрабатывать регулярной практикой нового поведения и мышления.
Но на мой взгляд, в тексте пропущен этап, когда на терапии происходит наращивание "новых тканей". Когда "перелом" произошел во взрослом возрасте, и к его моменту все кости, мышцы и ткани полностью сформировались и были здоровыми, то да, задача - залечить и разработать, чтобы вернуть полную функциональность. Когда же это происходит в раннем возрасте, "перелом" останавливает "конечность" в развитии, и ко взрослому возрасту в ней сильно не хватает "тканей" для нормальной работы даже после излечения "перелома".
Другими словами, если у человека до травмы был опыт, что он хороший и его можно любить, к этому опыту можно вернуться в ходе лечения и реабилитации. А если его изначально нет, с потолка он не возьмется. Клиент должен получить этот новый для себя опыт принятия, тепла, искреннего участия в терапии и интернализировать его так, что он поменяет его представление о себе ("меня можно любить") и о том, что для него возможно в этом мире ("я найду в нем все, что мне нужно"). Без этого ходить практиковаться - это переломать себе конечности заново в тех же местах. Ты можешь понимать, что "меня нельзя любить" образовалось из-за опыта с мамой, ты можешь интеллектуально понимать, что это неверное убеждение, но это не поменяет уверенность внутренних детей в своей безнаежной нелюбимости. Нет фактов, которые говорят об обратном, пока эти факты не будут увидены и присвоены в отношениях с терапевтом.
Может, автор просто не заострила на этом этапе внимания, потому что тема поста о следующем этапе.
Я помню, как любимая тер сказала, что видит меня классной, и на тот момент я уже достаточно доверяла ее мнению, хотя оно абсолютно не совпадало с тем, какой меня видели близкие люди на протяжении всей моей предыдущей жизни. На тот момент в моей обычной жизни тоже не было тех, кто бы видел меня классной. Когда я сталкивалась с постоянным отсутствием к себе интереса или симпатии от других людей, я про себя повторяла "Ну и пофиг, зато любимая тер считает меня классной" и удерживала это внутри. И вместо того, чтобы заискивать перед окружающими в надежде, что они меня увидят наконец-то классной, я просто жила дальше, пока в моей жизни не стали появляться люди, которым не надо было ничего доказывать. Они меня изначально видели классной. И важным было не только это, но и то, что я сама себя такой видела благодаря любимой тер, и не сбежала от них в ужасе, что они узнают меня поближе, какое я сраное говно, и с отвращением убегут. Я знала, что они видят то классное, что во мне действительно есть, и это позволило мне с ними сблизиться.
Моя самооценка не поменялась полностью с "я сраное говно" на "я супер-супер". Я внутри себя держала это все как "У меня есть классность, кто-то ее видит, а кто-то нет, и вторые - просто не мои люди, а я не их человек". Хотя, конечно, не раз было грустно, когда человек нравился, и хотелось с ним дружить, но я для него интереса не представляла. Но я в итоге просто научилась быстро это отпускать и идти дальше, не пытаясь никого завоевывать.
Так что я не представляю, как без этого этапа "наращивания новой ткани" терапия может быть успешной. Она без этого сводится просто к КБТ.
На днях в чате канала мне дали ссылку на текст, в котором хорошо артикулирован взгляд на терапию "осознание лечит" и изумление, что, оказывается, не всегда: "клиент столько наосознавал, а внутренне никак не меняется". Когда клиент понимает себя лучше, чем когда-либо, горе оплакано, но как только новый триггер – все симптомы возвращаются, как будто терапия на них не влияет. И у терапевта есть ощущение, что терапия встала, несмотря на его старания – и есть соблазн напасть на клиента и назначить его виноватым за отсутствие прогресса.
Ну да.
В терапии наступает момент, когда я уже хорошо понимаю свои реакции и то, как они связаны с моим опытом, осознаю и переживаю всем собой, и много раз уже было сказано, что мать поступала не ок, отец поступал не ок – но есть одна проблема: раньше это продвигало, но сейчас почему-то - нет.
Потому что осознание и переживание - это необходимое, но не достаточное условие целостности.
Восстановление после травмы проходит три этапа (по Джудит Герман (https://t.me/cptsd_suitecase/105)): безопасность, реконструкция и оплакивание, восстановление связей. И когда получилось вспомнить и отгоревать опыт – приходит время собрать себя в целое. И это делается уже не осознанием и не переживанием – это делается конкретными действиями, направленными на восстановление связей.
На этой стадии, если человек хочет выбраться - играет роль количество подходов. Одного часа в неделю просто мало, нужно прилагать усилия между сессиями. Иначе на стадии "все осознаю, все симптомы на месте" можно застрять пожизненно - и правда есть много таких людей.
И вот этот момент усилия часто ассоциируется с насилием: я же хожу на терапию, чего я ещё должен? И как объяснить человеку, чтобы это было информированием, а не привычным упреком: так устроено восстановление после травмы, руку после перелома нужно разрабатывать каждый день, и это ты будешь делать сам? Как донести "встань и иди, ты можешь" и не уронить безвозвратно в стыд и ненужное противостояние?
У терапевта в этой ситуации есть своя правда: я знаю, что на этой стадии работает количество вложенных усилий, конкретные действия клиента и количество подходов. Я вижу, что клиент эти подходы не делает, и терапия идёт вхолостую.
И если терапевт об этом не говорит, это использование клиента - потому что время идёт, деньги за терапию платятся, но задача восстановления не решается. И ещё бы она решалась. Ни один спортивный тренер не будет врать, что у вас будет результат от одного занятия в неделю. Ни один человек, который преподает языки, не скажет, что, занимаясь всего один час в неделю, через год вы будете свободно владеть языком.
С восстановлением после травмы – то же самое.
Есть соблазн остановиться: "да, это моя болевая точка, я это уже не проработаю" – но ведь цель не в том, чтобы перестать реагировать на триггер в принципе, это не нужно, восстановление – не в том, чтобы перестать чувствовать. Ты так же испытываешь боль в ответ на триггер, но испытывая боль, не бьешь в ответ – ни в каком смысле не бьешь, вербально тоже, потому что тебе это уже не нужно - и остаёшься в контакте, потому что это соответствует твоим ценностям. И это действие, выбор. Вот и вся проработка.
Внутренний источник связи не даётся извне и не приходит сам. Он прокачивается - попытка за попыткой.
Одно занятие в неделю с тренером будет работать, если к нему добавить еще два самостоятельных. Одно занятие языком с преподавателем будет работать, если вы найдете где-то еще часы. И, например, терапии раз в две недели может хватить, потому что я и так все время думаю о своих частях и своем взаимодействии с людьми – и иду в это взаимодействие так, как мне кажется важным.
Мир - довольно всратое место, и триггеров в нем - вагон и маленькая тележка.
(настало время прописных истин)
Терапевт не будет тебя страховать на каждый триггер. Просто не сможет.
Придется самому (максимально триггерная фраза для людей с кПТСР – "это твоя работа" - я и так всю жизнь сам) - но это "сам" будет по-другому, чем тогда. Вообще по-другому.
Это - твой выбор. Твое решение. Твой выход.
И ты точно это сделаешь, просто потому, что больше некому, а тебе очень нужно это прямо сейчас.
Потерпев неудачу, ты скажешь себе: да, тут не вышло, но я здесь молодец и там молодец, а где не получается, я попробую ещё раз, и, может быть, у меня получится
Попав в больницу - много раз спросишь у себя, чего бы ты хотел - много раз выслушаешь ответ "уйти. сейчас. и быстро". Вздохнешь. Скажешь внутрь: вижу тебя. Слышу тебя. Ты хочешь уйти. Мы уйдем. Но не сейчас. Мы болеем. Мы пришли за помощью. Нам помогут. Хочешь есть? Хочешь пить? Хочешь в туалет? Если что, говори мне. Я буду тебя слушать и понимать. Я буду с тобой – и выйдя из больницы, ощутить, что не остался там, а спасся
В очередной раз ощутив, что тут тебе полностью нечем и незачем жить - вздохнешь и заорёшь внутрь: ты выживешь! Слышишь, ты выживешь!!! - а потом заплачешь - а потом у тебя откуда-то возьмутся силы
И ты выберешь доверять этому терапевту, хотя он не того пола, не того возраста, и вообще не то, о чем мечталось – или выберешь не доверять, потому что на это есть конкретные причины
Все это - ты сам
И ты сделаешь так много-много раз
Когда ты уже не ждёшь, что с тобой что-то произойдет, и это поможет - ты действуешь, потому что хорошо знаешь, что делать, а больше это сделать просто некому
И это и есть восстановление.
Мы бьемся, как мухи в стекло,
Мы попали в расколдованный круг;
Отчетливо пахнет плесенью.
Моя душа рвется на юг.
Сколько можно стоять в болоте,
Пугая друг друга волной?
Кто-то должен быть спеть эту песню,
И, похоже, что дело за мной
____________________________________________________
Я полностью согласна, что одним осознанием травма не лечится, и психику, как руку после перелома, нужно систематично - нудно, скучно, ежедневно - разрабатывать регулярной практикой нового поведения и мышления.
Но на мой взгляд, в тексте пропущен этап, когда на терапии происходит наращивание "новых тканей". Когда "перелом" произошел во взрослом возрасте, и к его моменту все кости, мышцы и ткани полностью сформировались и были здоровыми, то да, задача - залечить и разработать, чтобы вернуть полную функциональность. Когда же это происходит в раннем возрасте, "перелом" останавливает "конечность" в развитии, и ко взрослому возрасту в ней сильно не хватает "тканей" для нормальной работы даже после излечения "перелома".
Другими словами, если у человека до травмы был опыт, что он хороший и его можно любить, к этому опыту можно вернуться в ходе лечения и реабилитации. А если его изначально нет, с потолка он не возьмется. Клиент должен получить этот новый для себя опыт принятия, тепла, искреннего участия в терапии и интернализировать его так, что он поменяет его представление о себе ("меня можно любить") и о том, что для него возможно в этом мире ("я найду в нем все, что мне нужно"). Без этого ходить практиковаться - это переломать себе конечности заново в тех же местах. Ты можешь понимать, что "меня нельзя любить" образовалось из-за опыта с мамой, ты можешь интеллектуально понимать, что это неверное убеждение, но это не поменяет уверенность внутренних детей в своей безнаежной нелюбимости. Нет фактов, которые говорят об обратном, пока эти факты не будут увидены и присвоены в отношениях с терапевтом.
Может, автор просто не заострила на этом этапе внимания, потому что тема поста о следующем этапе.
Я помню, как любимая тер сказала, что видит меня классной, и на тот момент я уже достаточно доверяла ее мнению, хотя оно абсолютно не совпадало с тем, какой меня видели близкие люди на протяжении всей моей предыдущей жизни. На тот момент в моей обычной жизни тоже не было тех, кто бы видел меня классной. Когда я сталкивалась с постоянным отсутствием к себе интереса или симпатии от других людей, я про себя повторяла "Ну и пофиг, зато любимая тер считает меня классной" и удерживала это внутри. И вместо того, чтобы заискивать перед окружающими в надежде, что они меня увидят наконец-то классной, я просто жила дальше, пока в моей жизни не стали появляться люди, которым не надо было ничего доказывать. Они меня изначально видели классной. И важным было не только это, но и то, что я сама себя такой видела благодаря любимой тер, и не сбежала от них в ужасе, что они узнают меня поближе, какое я сраное говно, и с отвращением убегут. Я знала, что они видят то классное, что во мне действительно есть, и это позволило мне с ними сблизиться.
Моя самооценка не поменялась полностью с "я сраное говно" на "я супер-супер". Я внутри себя держала это все как "У меня есть классность, кто-то ее видит, а кто-то нет, и вторые - просто не мои люди, а я не их человек". Хотя, конечно, не раз было грустно, когда человек нравился, и хотелось с ним дружить, но я для него интереса не представляла. Но я в итоге просто научилась быстро это отпускать и идти дальше, не пытаясь никого завоевывать.
Так что я не представляю, как без этого этапа "наращивания новой ткани" терапия может быть успешной. Она без этого сводится просто к КБТ.