(no subject)

[transurfer]

Я представляю себе всех нас восходящими на гору. День и ночь. Мы не знаем, почему мы на нее поднимаемся, но зачем-то продолжаем это делать. Иногда бывает темно, и мы просто блуждаем впотьмах, натыкаясь друг на друга и набивая шишки. Иногда мы падаем, и тогда... — Я немного запыхался от волнения. — Тогда я понимаю, что ни один из нас не имеет рук. Когда кто-то из нас падает, ему очень трудно подняться. Но если другой возвращается, опускается и подставляет плечо человеку, который упал, то мы можем, поддерживая друг друга, снова встать на ноги и продолжать путь. И это страшные моменты, потому что иногда тот, кто пытается помочь, может сам потерять равновесие, упасть и разбиться. Но это и хорошие моменты, моменты близости. И так мы продолжаем подниматься, и иногда наступает день, и туман рассеивается, и мы думаем, что далеко впереди видим город, до которого пытаемся добраться. Но потом ночь и туман возвращаются, и мы спрашиваем себя, не померещилось ли нам все это. Но большинство из нас продолжают идти, и пытаются помочь другим...
Бьюдженталь Д. Наука быть живым

---

По крайней мере, больше не чувствую себя уродцем.

Comments

[anita-freud.livejournal.com]

Спасибо! Очень хорошие слова. Беру на заметку :)

[transurfer.livejournal.com]

Как вы понимаете "ни один из нас не имеет рук"?

[anita-freud.livejournal.com]

Возможно, он пишет о "блуждании в потёмках," когда страшно и ничего не видно, не хватает опоры (когда оба клиент и терапевт пребывают в неведении что ли, испытывают беспомощность определённую)?

[(Anonymous)]

>> Но если другой возвращается, опускается и подставляет плечо человеку, который упал, то мы можем, поддерживая друг друга, снова встать на ноги и продолжать путь. <<

Подозреваю, что не имеющий рук, но сильно желающий подняться, вцепится в подставленное плечо зубами... По крайней мере, этого стоит ожидать.

[transurfer.livejournal.com]

Может, конечно, особенно, если совсем худо.